Святослав Игоревич 
Читать все сообщения страницы пользователя Святослав Игоревич вконтакте в RSS
После принятия в Скандинавии христианства старые языческие обычаи запрещались, в частности, это коснулось и воинов в звериных шкурах. Изданный в Исландии закон 1123 года гласил: «замеченный в бешенстве берсерка будет наказан тремя годами ссылки». После этого упоминания о воинах-берсерках бесследно исчезли.
Если ты колеблешься, когда выбираешь между мной и другим человеком — не выбирай меня....
повсюду призраки прошлого
и ноль живого общения.
мое лицо перекошено
досадой и отвращением.
таблетки – в мелкое крошево.
смех – это первый из признаков.
в моей квартире заброшенной
повсюду чертовы призраки.
опять на плечи сутулые
ложатся руки прозрачные,
и поцелуи над скулами
мне кожу плесенью пачкают.
сиренью пахнут и падалью
мои безмолвные зрители.
я замираю и падаю
во тьму объятий губительных.
но привыкать не приходится.
приходят с солнцем полуденным
те, в чьих глазах богородица,
а поцелуи – иудины.
пируйте, призраки прошлого!...
Нельзя возвращаться к предателям. Нельзя. Локти кусайте, землю жуйте, но не возвращайтесь туда, где когда-то вас предали.
Сотворение мира (скандинавская мифология)
По скандинавским мифам, прежде чем был сотворён этот мир, ничего не было – лишь бездна зияла, имя которой – Гинунгагап. До сотворения мира не было тогда ни земли, ни моря; не росла трава и не высилась над ней небесная Твердь.
Но однажды на севере мировой бездны возник Нифльхейм, Тёмный Мир, а на юге – жаркий и светящийся Муспелльсхейм, Огненный Мир. Из Нифльхейма шел холод, а из Муспелльсхейма летели искры, и от встречи ледяной влаги и сухого жара в пустоте между двумя мирами закрутились вихри и хлынули...
У медведя нет лицевых мышц, он будет играться и есть тебя, с одинаковым выражением лица
в день, когда я забуду взгляд женщины, что любил,
смерть поборет меня, — не способного биться более.
а пока огоньки твоих глаз светят из глубин
тусклой памяти и наполняются меланхолией.
та, с которой я был настоящим, собою был,
та, в которой изъяны, и те - без конца божественны,
та, которая мне обещала ценить любым,
а манила не столько изгибами или жестами,
сколько детской наивностью, ангельской чистотой,
отреклась от меня – и ничто в мире не уменьшило
боль бессрочной утраты, ведь если быть честным, то
все мои письмена — это бредни почти умéршего,...
Ревность по мужски - это когда твоя женщина заговорила с другим мужиком, а ты уже представляешь, как делаешь ему Кровавого орла!