I небо чернильного цвета воскреснет ночью. город сараев и башен врастает в почву. после работы, мечтая о воле прерий, Лёша заходит в берлогу побитым зверем. чайника сталь. зажигает огонь конфорку. воздух прогорклый влезает сквозь щели в створке. Лёша, устав, снимет с тела каркаса робу, чтобы наутро залезть в неё словно робот. Лёша устал. у него за плечами — годы. Лёша работал курьером, овощеводом, офисным клерком, водителем автозака. Лёшина пресная жизнь далеко не сахар: трое детей, два развода. и вот вам спойлер: Лёшино счастье топилось в дешёвом пойле. Лёшин характер безволен и апатичен. Лёша съедает себя как койот добычу. Лёша не видел кошмаров уже лет двадцать. ужас — есть явь, но Лёше пора просыпаться. II небо считает до ста и играет в прятки. а́брис луны отпечатался на сетчатке. ветер осенний взъерошит густую чёлку. день календарный ещё один перечёркнут. Лиза талантлива в бакхии и в оммаже. Лиза купается в море цветных бумажек, правит глаголы и режет слова на слоги, и зареклась пред родными мычать о боге. Лиза не верит в Христа, но в скрещеньи улиц бог наблюдает за ней как она, сутулясь, шаркая ночью ногами по листьев пледу в городе ищет пристанище для поэта, что зародился в ней некогда гордым зверем. Лизино счастье уж точно не в глупой вере. Лиза свободна, ведь выбрала жить по новой, вверив себя не служенью Отцу, а слову. снится ей богово ложе в краю ущелий. Лиза бежит что есть мочи из той пещеры. III небо окрасится ко́лером антрацита. россыпи звёзд, что рассеяны через сито. девочка Зоя пиликает в ре миноре, режет смычком послевкусие временно́е. Зое почти что одиннадцать. маму с папой смерть диким зверем однажды схватила в лапы и утащила с собой далеко-надолго, с бабушкой Раей оставив расти ребёнка. снится ей ночью аспидной льняное платье, Мёртвое море, ожившее на закате, стылый песок, пара ра́кушек на ладони, тлеющий вечер, что в водах жемчужных тонет, медное солнце и крики пугливых чаек. Зоино счастье к концу подойдёт случайно, тихо, неслышно, той самой глубокой ночью, в час, когда город смиренен и обесточен. Зое почти что одиннадцать. время — деспот, раз убивает в ребёнке остатки детства. IV город разрушенных фабрик, пустых заводов, въевшийся в кожу квитанциями за воду. Костя стабилен, он предан своей работе, он не из тех, кто втирает в десну наркотик. Косте за двадцать. он — менеджер крупной фирмы. двигаясь по карьерной, был послан в Бирму, в Прагу, в Пхеньян, колесил по земному шару. Костя не выглядит слабым, скорей, поджарым. любвеобилен, знакомится ради секса, ходит в спортзал, чтоб поддерживать силу пресса, но, возвращаясь домой после новых пассий, Костя становится сам для себя опасен. мать умерла, батя спился и тоже умер. Косте не спится. он вновь вызывает убер, чтобы отправиться в бары, потом по клубам, в сажеву ночь, где найдутся останки трупа. ржавых колёс диктатуры точёны спицы. Костя не спал, но теперь ему крепко спится. V где-то за бога в костяшки случайных судеб на кураже и под мухой играют в будень нехристи и херувимы, решая, кто же будет тем самым, кто жизнь на сегодня про́жил. бог их ругает. они же, с заскоком чада, не повинуясь ему, продолжают свято верить, что каждый манёвр их смыслом хокку будет хоть как-то однажды угоден богу. ангел играет в рулетку, в очко и в покер с демоном, на́ кон поставив людские сроки жизни невинной и платой назвав душонку клерка, писателя, бабника и ребёнка. так роковыми становятся неудачи. время от времени бог в кулуарах плачет, видя, как слуги его и враги, поладив, всех без разбора собрали в одной палате. бог с комом в горле берёт к себе под опеку каждого, кто отделился от человека. VI вывода нет. каждый умер. исход летален. вздёрнувшись на табуретке в хрущёвской спальне, прямо на той же, где в детстве читал рефрены, Лёша повесился. плакали только стены. выхода нет. Лизу встретил с ножом насильник. Лизе помог бы Всесильный, но он бессилен. Лиза не верила в Господа, между прочим. семь ножевых стали исповедью той ночью. девочка Зоя полгода болела онко. Зоя мечтала смеяться легко и звонко. Зое почти что одиннадцать было кстати, прежде чем смерть и её забрала в объятия. Костя разбился. авария. тело в мясо. серый фольксваген стрелою взлетел над трассой. лучше бы спал он в кровати под алкоголем. Косте не больно, ей богу, уже не больно. *** и́ссиня-чёрное небо сотрут рассветы. бог притворится, что знает на всё ответы. #одинокий_лысый_кактус